Александр Хант: «Русскому кино сложно добраться до зрителя»

0
520

Автор одного из самых примечательных фильмов 2017 года, югорский режиссер Александр Хант дал интервью корреспонденту UgraNow.ru. Поговорили о дебютном кино, российском зрителе и отношениях в семье.

— Александр, расскажите о впечатлениях от «Духа огня».
— Впечатления очень теплые, я рад, что оказался здесь как конкурсант. Вообще у нас очень хороший фестиваль. Надо бы больше его рекламировать, чтобы зрителей было больше, потому что залы неполные. На самом деле, мне кажется, просто жители города не очень понимают какое это крутое событие, не только в Ханты-Мансийске, но и в мире. Дух огня – отличный фестиваль, который много где знают. Я надеюсь, что фестиваль будет жить и воспитывать свою публику.

— Вы посмотрели работы других участников конкурса. Какие фильмы можно выделить?
— Я буквально вышел с фильма «50» — это документальный фильм про то, как Сергей Пахомов 50 раз прошел по Тверской в день своего 50-летия. Я остался очень доволен, мне кажется, это один из самых интересных фильмов фестиваля.

— Ваш фильм «Как Витька Чеснок вез Леху Штыря в дом инвалидов» показывали не только на фестивале, но и в кинотеатрах по всей России. Ожидали, что картина вызовет такой резонанс?
— На самом деле резонанс не такой большой, как вы говорите. К сожалению, русскому кино добраться до зрителя сегодня очень сложно. Тут много разных причин, в том числе деньги. Для того, чтобы рассказать о показе фильма – на это нужны деньги, нужно рекламировать. У нас не было таких больших бюджетов, поэтому мы что смогли, то сделали. Прокат был небольшой, но он шел у нас в городе, не с полными залами.

— Кроме Ханты-Мансийска были показы и в других городах России.
— Да, правда. Я многого не ожидал, думал, он вообще не будет замечен. Но мы хорошо прокатились по фестивалям, взяли призы, а потом появилось очень много отзывов, особенно в Москве и Петербурге, где кинематографу все-таки проще добраться до зрителя.

— Как зародилась история, которая легла в основу сюжета?
— Сценарий написал Алексей Бородачев. Он сам из небольшого города, и все герои, которые есть в фильме – это его знакомые, друзья. История не реальная, но у всех персонажей есть реальный прототип. Моя задача – привести зрителя к этим героям, заставить увидеть в них не просто маску агрессии, а разглядеть сложную личность.

— Ваша первая мысль, когда Вы впервые прочли сценарий?
— Первая мысль — что в моих руках история, которая просто отлично написана. Более того, вопросы, которые в ней поднимаются – это и мои вопросы. Я сам рос без отца, поэтому отношения главного героя с отцом – это и мои отношения с отцом. Я понимал героев в том числе через себя, моей задачей было пройти этот путь вместе с ними. Это и было моей задачей — дать возможность героям прийти к этим вопросам, а вместе с ними и зрителю. Вопросы возникают для Витьки в конце: куда ему ехать дальше, кто его отец, кто он сам и что ему делать со своим ребенком.

— Это ваш первый фильм. Что было самым сложным при съемке дебюта?
— Все, абсолютно все. Каждая смена была трудна, не было чего-то, что было простым. Даже сложно выделить определенный момент, примеры не возникают в голове.

— Как удалось привлечь таких замечательных актеров как Александр Ткачук, Алексей Серебряков?
— В первую очередь хороший сценарий дал такую возможность, потому что когда у тебя в руках хорошая история, которых сейчас мало, актеры с удовольствием в это вписываются. В нашем случае – вписываются за символические деньги, а Серебряков вообще снимался бесплатно. Не было таких ситуаций, что мне пришлось кого-то уговаривать. Наверное, актеров вообще не нужно уговаривать. Если актер заинтересован, то и отлично.

— В фильме очень примечательный саундтрек. Как Вы его выбирали?
— В какой-то момент я просто обратился к своему главному герою и решил понять, что за музыку он слушает, что играет у него в машине и может ли это как-то быть частью самого фильма. Переслушал много разной музыки и в конечном итоге у меня сформировался такой список песен, которые связаны не только с героем, но и с самой историей. К тому же, мне казалось, что они могут передавать время, в котором живут персонажи.

— Расскажите об открытом финале. Думаю, многие хотели бы узнать, куда едет Витька Чеснок.
— А зачем в этой истории какой-то однозначный финал? В любом случае – вернулся бы он или поехал дальше — та точка самоопределения, которая возникла перед ним, когда он задался вопросом о своем окружении, уже при любом раскладе делает его жизнь более сложной, трудной и не такой, как была до этого. То есть, не важно куда он поехал.

Что вы можете сказать о российском кинематографе?
— Российское кино нужно снимать как можно больше. Ориентироваться на зрителя не стоит, потому что сегодня нет зрителя. Точнее, его очень мало. Такого зрителя, который кино воспринимает не как развлечение, а как более сложную структуру. Я даже не говорю про глубокие картины, которые говорят на языке внутри языка. Такие картины у нас вообще не понимают, не смотрят — это очень печально. Нельзя ориентироваться на желание зрителя прийти в кино и отдохнуть, получить комедийное развлечение, но нужно пробить этот барьер и заставить зрителя сопереживать, выходить с тобой на более сложный диалог. Как это сделать? Все этим вопросом задаются. Думаю, большинство кинематографистов понимают, что их фильмы летят мимо зрителя. Вряд ли есть люди, которые довольны этой ситуацией.

— Почему же у нас такие зрители?
— Дело не в зрителе, дело во времени. Мы будто потеряны и не знаем где мы живем, зачем мы живем. Нет ориентиров, все упирается в какие-то банальности, в деньги, которые всплывают при любом разговоре. Поэтому тут огромная проблема у всех, и речь не только про кино. Мне кажется, мы до сих пор не можем понять, где мы очутились после распада Советского Союза. Думаю, время покажет, как из этого можно выбраться.

— Уже есть планы на следующий проект?
— Есть идея — история о подростках, с которыми мы сейчас делаем сценарий. Очень надеюсь, что я найду возможность эту историю сделать. Если коротко, то это подростковая приключенческая драма. Если все будет складываться очень хорошо, то съемки пройдут этой осенью, но так, как правило, не бывает. Если мы не успеем выйти в осень, то я надеюсь, что это будет начало лета, а может быть и часть зимы следующего года.

ПОЛИНА ЗМАНОВСКАЯ

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ