Когда Арина встретила Максима Менга, она даже не представляла насколько всё интересно у него в «корнях». Через несколько лет он предложил переехать в Германию. Но Югра уже стала домом.

Привет, Россия!

Я считаю себя русской, хоть у моей бабушки по маминой линии папа еврей, а дедушка по папиной – украинец. Другое дело Макс, его прадед – немец. Но родился муж уже в Узбекистане. Получается что-то вроде «узбекского немца». Но крови узбекской нет, хотя местность, конечно, наложила свой отпечаток на быт и традиции.

Максим появился на свет еще при Советском Союзе, но через три года СССР распался. Так Макс стал гражданином Узбекистана. Уже после университета ему пришлось восстанавливать гражданство России.

В Узбекистане он провел всё своё детство, а вот в университет поступать приехал в Югру. После школы год посещал курсы в российском культурном центре от посольства России, сдал экзамены и выиграл грант на бюджетное место в РФ. Предложили ехать в Югорский государственный университет – он согласился.

Так и оказался в Ханты-Мансийске. А я выросла в Советском, и тоже решила поступать в ЮГУ. Нас объединила работа в молодежной телестудии «Горячий возраст», творчество и оптимистичный взгляд на жизнь. Скоро появилась новая семья Менгов, а в ней – наш сын Егорка.

Не так давно мы ездили к родным Максима в Узбекистан. Теперь я стараюсь готовить что-то национальное, правда, получается все какое-то узбекско-русское, ведь готовлю я не без помощи интернета. Но это наша маленькая традиция. Вкусный настоящий плов, самса, лагман, ханум, домлама – Макс очень любит узбекскую кухню.

А еще, понаблюдав за тем, как живут в Узбекистане, я поняла откуда у мужа столько дружелюбия.

Здесь и сейчас

Конечно, в Узбекистане немало контрастов. Например, туристов продавцы как только не пытаются заманить, к каким только уловкам не прибегают. Да и цену на услугу, если ты не местный, тоже частенько завышают. Но тут свою роль, скорее играет узбекский менталитет, у Макса такого нет. Все-таки местность, местностью, а он более сдержанный и организованный. Что-то немецкое в нем есть, хоть и проявляется не так явно.

Был момент, когда Макс всерьез думал перебраться в Германию, перевезти нас… Но Югра уже стала нашим домом, здесь появилась наша семья, родился Егорка, очень много моментов, которые прочно связывают нас с округом. Да и потом, все-таки не уверена до конца, что мы приживемся в Германии.

Макс больше живет по принципу «здесь и сейчас», а значит, родное место – Ханты-Мансийск. А я просто люблю наш регион, я выросла здесь и не готова уезжать куда-то.

Конечно, хочется узнать как можно больше о своих корнях, и мы по чуть-чуть изучаем. Но досконально составить всю родословную – пока такого желания нет.

Жить в мире

Гуляя по улицам Ханты-Мансийска, можно увидеть разный разрез глаз, цвет кожи, услышать разные говоры.

Я считаю, когда народ дружит не только семьями, но и нациями — это здорово. Лучше жить в мире, а мир воспитывается посредством приобщения к другим культурам, знакомства с ними. Обмен навыками – полезен. Вот нас совместный быт только сплотил.

У нас немало межнациональных друзей. Ханты, манси, узбеки, даже корейцы… Но по национальности мы никого не выделяем —  нет такой привычки, да и не обращаем внимания на нацию, потому что друзья – это отдельная нация. Круто, когда русские могут накормить борщом, узбеки — лагманом, белорусы — галушками. Разнообразие вкусов и праздников — интересно.

Есть, конечно, и вопрос религии. Мы с Максом, как и наши родители, – православные. Но иногда, признался муж, ему гораздо спокойнее, когда он заходит в мечеть. Нет, ислам он не принимал. Просто поделился своими ощущениями.

Думаю, что это – смешение культур. Ведь все-таки та местность, в которой прошло твоё взросление, накладывает сильный отпечаток.

ТАМАРА ВАСИЛЬЕВА

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ