Посторонним вход воспрещен: Магия по-киповски

1
1466

Человек любит тепло и комфорт. Согласитесь, приятно, когда в минус 30 дома можно ходить без тапочек и в одной футболке, есть горячая вода. При любой погоде тепло- и водоснабжение квартир-домов-учреждений зависит от работы котельной, а она напрямую от мастеров КИПиА.

Начало рабочей недели выдалось жарким: сотруднику ханты-мансийского МП УТС Аркадию Ердякову поступил вызов о нескольких авариях на двух котельных, а еще о неполадках на теплопункте.

«В 6 утра уже было 24 градуса по горячей воде, я посмотрел графики на котельной», — объясняет он начальству по телефону, пока мы едем к котельной рядом с КТЦ «Югра-Классик, там произошла авария.  Признаться, на котельной мне не доводилось бывать ни разу, черные трубы, облепившие небольшую серую постройку и, заставляющая волноваться надпись «Огнеопасно, газ!»,  слегка испугали.-Аркадий, а на котельной опасно работать? – спрашиваю я, надеясь, услышать в ответ успокаивающее «нет».- Конечно, опасно! Еще как! – отвечает мастер КИПиА, немного посмеиваясь. — Но взрыва бояться не стоит: существуют специальные системы безопасности, и если датчики улавливают утечку газа, то срабатывает сигнализатор и отключает подачу газа в котельной. Хотя работать на котельной и без этого вредно, причина тому шум, вибрация, возможность небольшой концентрации угарного газа в воздухе, который из организма не выводится.  Должно быть все герметично, конечно, но бывает всякое.

Вместе с другими киповцами мы заходим в саму котельную:  здесь действительно шумно, и чтобы услышать собеседника, приходиться перейти на крик, который сходит за шепот. Пытаюсь узнать, что за красно-синяя штука, похожая на трактор, стоит у самого входа, оказывается насос. Желтые, серые, коричневые трубы, кнопочки и рычажки, бесконечные провода и другие непонятные обывателям устройства.

— Как же удается не запутаться во всей этой системе?

—  Нужно, чтобы в голове уже была определенная база знаний, здесь не помешает физика, электротехника, электроника, неплохо уметь налаживать бытовую аппаратуру.  Сейчас котельными управляют компьютеры, надо понимать как они работают, приобщаться к программированию.  Для нас КИП и газ неразлучны, потому что газом тоже управляет автоматика, она везде. А моя служба как раз обслуживает эту автоматику на 56 объектах: настраивает, налаживает, устанавливает, модернизирует. Я, как мастер, должен знать всю технологию работы котельной, не только свои конкретные обязанности, но и ту же гидродинамику,  весь процесс. Котел не может работать сам, все ломается, нет ничего вечного.

 Пока киповцы ходят с одной стороны котельной в другую, я пытаюсь запечатлеть процесс на фотоаппарат: но рабочие, смущаясь, просят их не снимать, согласился только один, и то со спины. Красная куртка Аркадия мелькает где-то между труб, слышно, что коллеги о чем-то говорят, но о чем именно остается только догадываться.

— Ну все, теперь едем на теплообменник  УВД, —  информирует меня мастер КИПиА. —   Там во втором контуре выросло давление до 10 кг, а положено лишь до шести. Автоматика не выключилась вовремя, теперь может порвать трубы, батареи.

— Что за теплообменник и контур?

— Темлообменник обменивается теплом, — улыбаясь, рассказывает Аркадий. – Есть несколько контуров: первый котловой, там высокая температура под сто градусов, а второй – отопление. Второй контур нагревается с помощью первого: к примеру, в теплопункт приходит температура с первого контура котельной в 110 градусов, вода проходит через теплообменник и отдает тепловую энергию второму контуру.

Помещение теплопункта  гораздо уже, нежели котельной, здесь больше электроники и не так шумно. На деревянном ящике лежит огромная связка ключей от котельных,  наверное, легко в них запутаться, и оперативный журнал, в котором фиксируются произошедшие на теплопункте ситуации.  Сотрудники МП УТС поворачивают рычаги на трубах и настраивают работу объекта с помощью  электронной  панели.

-Давай 110! — кричит Аркадий и другой киповец  нажимает несколько кнопок рядом с синим прямоугольным экраном. Пробыв еще минут десять на теплопункте и устранив неполадку, мы уходим, садимся в рабочую газель, чтобы вновь вернуться к «театральной» котельной.

— Вот вроде бы вы ничего особенного не сделали, а все заработало, это видимость?

— Этот вопрос мы слышим часто, а  к нему в дополнение  идет  популярная фраза, что киповцы ничего не делают. Причем так считают некоторые сотрудники нашей же организации, они не видят всей работы, потому что мы приехали, сделали и уехали.  Работа сложная, но мы ее не озвучиваем.

—  А что случилось с котельной возле КТЦ уже ясно?

— Там порвало котел, вылилась вода, попала в топку. На улице холодно, а в помещении из-за аварии температура упала на 4 градуса, было 24 — стало 20, людям  холодно, в придачу,  отключена горячая вода.

— Часто ли жалуются люди?

— На  работу котельных сильно не жалуются, но при авариях начинаются звонки. За те 2,5 года, что я здесь работаю, не припомню, чтобы крупные аварии долго устранялись. За последние четыре месяца ночью меня вызывали всего раз десять, а вообще у нас есть дежурная бригада: газовик и киповец.  Официально рабочий день с 7.30 до 5, но это на бумаге. Нельзя допустить, чтобы люди замерзли.  К примеру, в минус 40 за два часа без отопления может замерзнуть весь район. А эта зима очень тяжелая не только из-за морозов, оборудование уже подизносилось.

Интриги исправных приборов

За разговором я не заметила, что мы уже приехали назад к  «театральной» котельной. Внутри царила совсем другая атмосфера:  слегка душно, туманно и влажно, как в турецкой бане.  Не хватало лишь массажиста и специального стола посередине: и чинишь и моешься. Следующим пунктом путешествия по следам мастера КИПиА была котельная по улице Рябиновой, там перестал работать котел. Стрелки часов замерли рядом с отметкой «5», вот и закончен рабочий день. Официально.

 -Аркадий, ты говорил, что не всегда удается быстро найти причину аварии, а как ты с этими трудностями справляешься?

— Я включаю логику: составляю логические цепочки, изучаю электросхему – она есть на каждой котельной, смотрю что не работает, думаю, составляю план, проверяю свои предположения и нахожу причину. Бывают ситуации вплоть до того, что чуть-чуть разболтался болтик или проводок отпал,  а котельная уже не функционирует, к тому же поиск проблемы может занять 4 часа. В котельной ведь десятки километров проводов, если не сотни, все они друг с другом перевязаны-завязаны. Понимаешь, к примеру, что не работает контроллер, питание есть, он горит, но не включается, значит, сработала какая-то защита, какой она бывает? По воде, температуре, газу, пожар — смотришь журнал аварий, там ничего нет, начинаешь прозванивать все по проводам, либо провод либо прибор неисправен. Самое трудное найти исправный прибор, который неисправен лишь временами — включается и выключается, тем самым обрубая работу половины котельной, и ничего не работает, пока не придешь в тот момент, когда он это сделает — не найдешь никогда, можно несколько дней ходить на одну и ту же котельную безрезультатно.

Котельная по Рябиновой весьма отличалась от «театральной»: здесь все чистенько, ухоженно, видно, что новая.  Это мастер котельных этого участка постарался, говорят киповцы. На заметку: если бы не было КИПиА, репортаж бы пришлось посвятить кочегарам с лопатами, которые топят кочегарку углем. Но за окном, к счастью, 21 век – эра автоматики и компьютеров.

На этот раз я внимательнее следила за каждым движением киповцев. Оказывается, вместо положенных 100 градусов на детский сад подавалась температура всего 70.  Случился скачок напряжения, большой и маленький котлы не справились с нагрузкой, пришлось подключать два больших котла. Еще одна обязанность мастера КИПиА.

—  Люди на местах, конечно, знают  как включит котел, но если  происходит хоть малейшее отступление от формулы, они теряются и звонят нам, — делится Аркадий. —  Летом, казалось бы, проще работать, но не тут-то было: проходят мероприятия по техобслуживанию и обновлению. А в Ханты-Мансийске очень мало специалистов.

— А я считала, что это востребованная профессия!

— Она дефицитная, толковых людей не так много, таких, чтобы самостоятельно во всем разбирались. Работа отнимает много времени и сил, еще нужно постоянно читать, потому что новое оборудование выпускается часто, нельзя отставать. Да и старый контролер с новым датчиком вместе работать не будут. Мне нравится работать в этой службе, копаться в  проводах, видеть, что могу сам решить ту или иную проблему и получать удовольствие от проделанной работы. Одно огорчает — новые веяния в бумагообороте отнимают четверть рабочего времени, до котельной не добраться из-за этих бумаг, отчетов, отчетов, отчетов без конца. Но без них нельзя, просто бумагооборот сильно увеличился за последний год. Раньше нужна была 1 бумажка на 40 деталюшек, а теперь на каждую как минимум.

За окном машины, на которой мы едем, видно, как морозный ветер хлещет ветви деревьев. Люди кутаются в шарфы и вороты курток, стремясь побыстрее попасть с улицы в помещение.  Туда, где тепло поддерживает человек с непопулярной профессией «Мастер контрольно-измерительных приборов и автоматики (КИПиА)».

 ДАРЬЯ ЦУМАНКОВА

1 КОММЕНТАРИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ